Клиника Dr. Глушманна для душевно здоровыхПерсональный сайт любителя жизни, литературы и фотографии Юрия Глушко

Раз уже пошла такая пьянка, то вспомнил я историю еще двадцати слишним песен на заморском наречии, которые я написал для группы SteppenRose.
И, как это ни странно, нашел за три минуты в Сети сразу три своих песни в их исполнении. Вот вам одна, к примеру.

Steppenrose – Seventh Scuffle by Autopilot Studio

Нашелся блокнотик, который я давно считал потерянным вместе со всем содержимым. Содержимым оказались бесценные вещи – неизданный второй альбом проекта “Армия Спасения”
В нем были перлы – задумчивые и брутальные блюзы, всевозможные непристойности вроде “Электричка в 18.20″, которую, кстати, похоже уничтожили навеки.
А вот нашлась и рэперская телега, которая должна была исполняться в стиле Майка Науменко. Я как-то краем ума помнил ее, использовал обороты из нее в повседневном общении, но полностью увидел вновь только сейчас. Прошло почти двацать лет. А тема все равно осталась вечной.
Итак, рэпачок.

Выполняя просьбу Бородина В.М.

Все случилось, будто гром среди ясного неба,

Я не думал, что встречу тебя, я не знал,

Что бывает порою возможною небыль,

Ну а тут будто кто-то глаза развязал.

Был всего только миг, меня ждали дороги,

По которым  еще никогда не ходил,

Меня ждали пески и ночные тревоги,

Оставался лишь вечер и он все решил.

Не имеет значенья ни время, ни место,

Я тебя, провожал, свой лимит исчерпав,

И в ночной тишине вдруг:  “Жених и невеста!”

Обронил кто-то сзади, и, может, был прав.

И  я долго стоял у распахнутой двери…

От меня вечер тот бесконечно далек,

Но мне пишут, что ждешь и я этому верю,

Глядя, как за окном ветер гонит песок.

Ночью больше усталость, и меньше – злость,
За окном осенняя вьюга.
Гостиница – это от слова “гость”, –
Все мы в жизни гостим друг у друга.

И когда поверишь, что это так,
То рождается ощущенье,
Что каждая встреча есть верный знак
Высочайшего назначенья.

Но что надежды? – рассыпались в прах,
За окном туман клубится,
Я опять в каких-то незваных гостях,
Спит хозяин, пора расходиться…

Наконец-то я навел порядок в своей поэзии. Разобрал по сборникам все стихотворения и обнаружил, что достойных публикации их ровно 123 штуки. То есть вполне полноценный сборник. Нужно будет этим заняться. А пока собираюсь подбором иллюстраций к моим депрессивным поэтическим проискам

По тэгу поэзия можно найти несколько моих работ. но далеко не все они достойны прочтения. Но, поскольку этот сайт – это летопись моей жизни, со всеми ее удачами и провалами, то уж не обессудьте. Для красивой литературы будет другой сайт.

Вообще, конечно, я считаю, что поэзия в наше время – мертвое искусство. Поэтому я и покончил с ней в 1997 году.

Весна, как это обычно бывает, наступила внезапно. Казалось бы, только три дня назад , было -5, как вдруг стало +15. Ни тебе медленного входа нового сезона, ни волнующих запахов, ни романтического стеснения в груди и учащенных сердечных фрикций.
Но все равно хорошо. Вчера, выпив вина, бродил я по дебрям ночной Выдубичской развязки )) с желанием наконец-то найти нужный вход подземного перехода. А сегодня сел не на ту маршрутку и с удовольствием проехался до ненужной мне Лыбидской, а потом прошелся пешком.

И как-то вспомнилось мне старое стихотворение мое, написанное лет двадцать назад

***
Еще вчера все небо тучи
Закрыли, будто навсегда,
И снег был резким и колючим –
Но все исчезло без следа.
С утра сегодня – море сини,
И терриконы за собой
Скрывают солнце,
Белый иней
Сверкает на траве рябой.
И я смеюсь, чему не зная,
То ли весенней красоте,
То ль недалекому уж маю,
Причин немало – все не те.
С утра сегодня друг мой старый
Пожал мне руку, говоря:
Давай забудем наши свары,
По-моему, все это мы зря.
Быть может, просто пошутил он,
Поймав скучающий мой взгляд,
Но мне надежду возвратили
Его слова, и я ей рад.
Грядет светило краем красным,
Чтоб над землею снова всплыть,
Нам обещая день прекрасный,
Весна – все и должно так быть!

Жил однажды чувачок по фамилии Бонд. И курил исключительно “Житан”. А его друг по фамилии Житан предпочитал “Бонд”. А когда сигареты кончались, они курили друг друга…

Гаснет свет, я падаю в черную глубь,
Твои руки на моем плече,
Каждый день мне твердят, что я нужен тебе,
Но я знаю, что я – ничей.
Я устал жить в предчувствии нового дня,
Мне по-прежнему снится ночь,
Не находится место у чужого огня,
А свой развести невмочь.
Эти юные девы не приходят ко мне,
Видно я для них слишком стар,
Иногда я вдруг вижу свет в окне –
Это отблеск далеких фар
И когда я рву криком слабую грудь,
Умоляя зажечь огни,
Кто-то третий злобно шепчет внутри:
«Не гони меня, не гони!»
Я перечу ему, отгоняя беду,
Истекаю черной слюной,
И в сто первый раз, просыпаюсь в бреду,
Просто знаю, что ты со мной.
И который уж год я с надеждой ловлю
Каждый вздох, и который век
Все никак не скажу тебе просто «люблю» -
Вот такой я дрянной человек.

М. в день 17-летия
Из темной воды беспокойного сна
В дремучую морось февральского снега
Бросаюсь, зажмурив глаза, и до дна
Я пью воду луж, задыхаясь от бега.
От боли в висках исцеляет свинец,
Но где взять врача, что пропишет мне это?
Бьет в темя капель, тяжелеет венец,
Спеша прорасти кровавым букетом
Разорван ошейник, но воле не рад,
Я вновь, отвернувшись трусливо от ветра,
Пытаюсь смахнуть со спины этот взгляд,
Хотя за спиной стольких зим километры…

Я – ветер, уставший летать по задворкам Вселенной,
Вздымая звездную пыль, врываться в сны,
Лишь к тебе, молчащей испуганно и вдохновенно,
Я лягу на руку неровным осколком Луны.
Ты видишь мой призрачный свет сквозь закрытые веки,
Ты слышишь мой голос, но не разбираешь слов,
А в небе звенят водопадами звездные реки
Холодных миров, где не слышали слова Любовь.
Я готов до утра целовать твои нежные пальцы,
Пусть сердце замрет, пусть задышит взволновано грудь,
Закружим в этой звездной ночи полуночных скитальцев
Пусть забудут на миг о том, как долог их путь.
Весенняя ночь ошалелые звезды срывает,
Сводя с ума утренних птиц, возвещающих день.
На твоих полураскрытых губах остывает
Моего поцелуя бесплотная тень…