Затоичи — Зорро с узкими глазами

Zatoichi
Zatoichi

Что-то зачастили у нас на экранах японские темы. Да и Мураками без устали выпекает все новые и новые книжки о японской культуре и контркультуре. Так, глядишь, и мы скоро вполне сосознанно начнем размахивать катаной на улицах и решать проблемы со своей совестью посредством сепуку. Так или иначе, новый японский шедевр на экранах в ближайшее время!

Затоичи — герой, аналог японского Зорро, его знают все японцы, кому за тридцать. О нем снято 26 фильмов, и действие всех их происходит в XIX веке. А Китано еще никогда еще не ставил исторические фильмы. Но чувствовалось, что логически он должен скоро придти к этому — слишком уж тесно ему стало в рамках кровавых боевиков, которыми он полюбился европейской фестивальной публике.

Затойчи Китано по законам вездесущего постмодернизма получился выкрашенным в пероксидный блондинистый цвет, и логического объяснению этому нет, кроме того, что режиссер забыл смыть краску после очередного появления на телевизионном шоу. При этом Китано откровенно признается, что никогда не был фанатом сериала про Затойчи, и даже высмеивал его в своих телепрограммах и фильме «Снял кого-нибудь?»
Этот «Затойчи», помимо фирменных компьютерных брызгов крови, выглядит совсем не по-китановски. Слишком доступно для обычного зрителя. Скорее, для японского зрителя — потому что для прочих чужеземцев нет особого резона смотреть фильм про слепого массажиста, если под ним не обнаруживается плотной, десятилетиями наращиваемой фольклорной платформы.
Все равно, наблюдать те коленца, которые выкидывает Китано, в высшей степени приятно. Фривольное обращение с первоисточником служит этому неплохим подспорьем. Например, бой на мечах на пляже под проливным дождем — «поклон» Китано фильму Куросавы «Семь самураев». Сам Китано говорит: «Куросава обычно снимал множество планов хорошо спланированного сражения на мечах, что, мне кажется, оказало огромное влияние. Нужна большая смелость, чтобы снимать так, как снимал Куросава».
Банда беззаботных ренегатов под руководством Затойчи развлекается играми в удалении, дожидаясь финальной неизбежной резни. Китано почти во всех своих фильмах прибегает к такому сюжетному ходу, начиная с самого удачного, «Сонатины» (1993). Для Китано игры — это такой спасательный круг, и смотреть, как он начинает в нем барахтаться — приятнее всего.
Китано даже вплетает в миф пространные лирические отступления на тему нетрадиционной сексуальности и педофилии в японском обществе позапрошлого века — одори, традиционный танец, изысканно выполняемый гейшей в кимоно, смотрится совсем иначе, если знать, что исполняет его юноша. А чечетка, лихо отбиваемая в финале всеми — и мертвыми, и живыми персонажами — ссылается на финалы традиционных японских древних лет, и в то же время не забывает напомнить, что это всего лишь кино.

Юрий Глушко Автор:

Блоггер, публицист, инициатор и менеджер множества проектов в области текстов, видео и шоу-бизнеса. обозреватель портала Progadgets.top, автор нескольких книг.

Ваш комментарий будет первым

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.