Торжество многообразия как залог выживания

книги за макулатуру СССР

Вот раньше, во времена диктатуры, гораздо легче было определить, подходит тебе человек для общения или нет. По содержанию его цитат и отсылок к значимым культурным ценностям можно было сразу понять – твой это человек или нет.

Потому что выбор пищи для ума был настолько же убог, как и для тела.

Кто-то читал Луи Буссенара, легко доступного за макулатуру, а кто-то и Юкио Мисиму, каким-то немыслимым чудом изданного в альманахе азиатской литературы и пылившегося штабелями в любом книжном.
То есть набор был невелик, доступен для всех и содержимое его для каждого определялся лишь его выбором.

Теперь же все стало намного сложнее, так как выбор увеличился до безграничного и неконтролируемого.

И, хотя и понятно, что вчерашние читатели условного Луи Буссенара – это сегодняшние слушатели условного Олега Винника, их оказалось вовсе не большинство.

И из всего этого разнообразия так тяжело выбрать нормального собеседника. Потому что кто-то цитирует Хайдеггера, а кто-то – Кровосток. И это в одной компании нормальных, образованных и воспитанных людей.

Телевидение подкидывает дров нравоучительными сериалами и здесь тоже может быть полярность от зрителей Глухаря до поклонников Черного зеркала. Хотя, и Зеркало – тоже масскультутра, ведь есть еще Город и город, Обвиняемые, третий сезон Твин Пикса, наконец.
Но и здесь я знаю совершенно разных людей, которые оперируют понятиями, цитатами и идеями из совершенно не свойственных их социально-интеллектуальной группе произведений.

Казалось бы, наступило наконец-то самое время пробиваться своими мозгами, словами, идеями и творениями. Потому что найти усредненного друга по общепризнанным интересам стало очень трудно.

Потому и бесятся в этой растерянности недобитые дети диктатуры. 
Потому и мычит разобщенное стадо, слушая бредни нафталиновых позавчерашних лидеров, которые были героями, когда не было выбора. 
Потому снова и снова всем нам пытаются перекрыть доступ к самому опасному для них: разнообразию информации.

Вот и вчера была очень опасная попытка, которая чуть не достигла успеха. И завтра будет. И еще, и еще, пока еще шевелятся сторонники черно-белого мира.

Но ведь все мы знаем, что зубную пасту обратно в тюбик уже не затолкаешь, чтобы триколор не поломался.
Те, кто привык держаться одного-двух ориентиров, останутся такими. Но их, к счастью, не большинство.

А если не так, то вполне можно поискать свое место в таком разноцветном, необъятном, разнообразном, многоязычном мире, в конце концов.

Потому что я ничего не имею против Луи Буссенара, Джека Лондона, Александра Дюма, но я их всех прочитал еще задолго до эпохи Макулатурного просвещения. И возвращаться как-то не увидел смысла. Как и сейчас.

_____________________
Это был кусочек программного текста для кредо-декларации, которую я хотел когда-то написать, но потом забил и забыл.