***

О, дай свободу рабу страстей,
Мы так устали от бега
И битвы за радость насущных дней,
В которой не ждет победа.
О, дай уснуть лишенному сна,
Не видящему сновидений,
Где больше не тяготит вина
Неразрешенных сомнений.
О, дай вздохнуть в едком дыму
Прошлогодних листьев надежды,
И краем рассудка понять почему
Мы не такие как прежде.
Дай мне увидеть, что все не так,
Чтоб обмануться снова
И вновь попасться на пустяк,
Пройдя мимо основного.
О, дай поверить во что-нибудь,
Пусть тернии в лоб вонзятся,
Но, может, истинным станет путь –
Дай мне до него добраться!
Но понапрасну струится пот,
И ноги о путь разбиты,
Ведь истина рядом, да только вот
Она от меня сокрыта…

***

За стеной безумствует ветер,
Пытаясь задуть фонари,
Мир замер в предчувствии утра
Под пасмурным флагом зари.
Пустыми глазницами окна
Подглядывают из-за штор,
И хочется думать о главном,
А приходит мелочный вздор.
Я конечно, утешусь этим,
У меня есть на то права,
Мы прилежно учили роли –
В них не вставить свои слова.
И в тисках расписаний и правил,
В строгих рамках – ни вверх, ни вниз,
Моросит беспросветными днями
Моя беспросветная жизнь.

***

За матовым стеклом отчуждения
Прячется мир, где нет проблем,
Лишь неприкрытой форточкой
Зияет мысль о свободе.
Пустые слова – оправа
Для непрозрачных очков,
Где с внутренней стороны
Обрывки пустых сновидений.
Сомненья – отрада слепца,
Не знающего о мире,
Где ветер листает страницы
Книги без слов и названья…

***

День мотыльком сгорает
В огне настольной лампы,
Часы ошалели от стука,
Как сердце, уставшее ждать.
И как ночь, неслышно и властно,
Ты войдешь и станешь рядом,
Я тебе подарю свою муку –
Что еще я могу тебе дать?

Осеннее

– Осень… – промолвил кто-то,
И уже не узнать земли.
Улетели на юг самолеты,
Спят в порту корабли,
– Осень… – дождь в окна стучится,
В парке мокнет воронья рать,
Облетели друзья как листья,
Вместе их не собрать.
Осень… не назначаю
Я свиданий, ведь вот беда,
Уж неделю не ходят трамваи,
Ток замерз в проводах,
Осень… Я снова простужен,
Да и ты нездорова, смотри,
Солнце больше не греет снаружи,
А твоя любовь – изнутри.

Решительное

Надоело играть в кошки-мышки,
Наша дружба отнюдь не крепка,
А мы все из нее. Из пустышки,
Хотим выжать стакан молока.
Все по кругу и как под копирку
Повторяясь, идет день за днем
Мир вокруг стал банальным цирком,
Мы с тобою – клоуны в нем.
Вот, дружище, такая петрушка,
И давно уж пора понимать
То, что сердце мое – не игрушка,
Его очень нетрудно сломать.

Халтура

– Вы только посмотрите, какие безобразия творятся в нашем театральном мире! Сейчас открыто все, можно говорить обо всем, а у нас словно и тем других нет. В любой пьесе – если не мракобесие с богоискательством, так проститутки с металлистами. И еще эта бесконечная возня с культом личности. Да, раньше вот все нудили на производственную тему. А эти теперь еще и хозрасчет приплели. Им бы великие вещи в народ нести – а они делят сферы влияния. Стыдоба! Я уже не говорю о качестве – наверное в этом перестройка и заключается – чем непонятнее и хуже, тем лучше? Так это в столицах, а в провинции вообще ужас, что творится!
А чего стоят эти пресловутые студии! Это вообще оплот разврата и порнографии. Ведь сейчас каждый – великий режиссер, и лезет ставить то, о чем понятия не имеет! Тьфу! Вы согласны со мной?
Вячеслав отрешенно смотрел в окно на проплывающие мимо серые станционные строения, словно растущие из грязных, подернутых рябью промозглого зимнего ветра, тоскливых луж. Краем уха уловив, что обращаются к нему, он перевел взгляд на бойкого старичка, сидевшего напротив.
«Наверное, из бывших интеллигентов», – почему-то подумалось ему.

(more…)