Метка: дневник

К сведению адептов колбасы по 2.20. Это была дорогая колбаса. И ее еще надо было найти и купить. В ходу у победившего пролетариата была Любительская с жиром и синеватым оттенком, если ее сварить. Да, вареную колбасу варили. Были такие ужасы в любимом совочке.

Да, читаю посты и комменты и понимаю. Народ в этой стране слетел с катушек. Обезумел.
Способность анализировать или даже просто думать отпала за ненадобностью.

Все равно в логике копирастов есть большой изъян, в результате которого пострадают музыканты и выживет только корпоративная попса.

Будет интересно посмотреть как скоро всех мультикультуралистов, защитников меньшинств, которые, вопреки принципам демократии, все активнее пытаются навязать большинству противные ему понятия и поведение, будут сжигать на площадях. 

Добравшись до Рыбного, я думал, что здесь сделаю короткую остановку, наберу воды на хуторе и отправлюсь покорять лес дальше. Но не все сложилось как думалось. И об этом — продолжение истории. 

Выходные выдались жаркими. Но это не помешало мне поставить цель — проехать пять озер и завершить поездку самым большим из них. Выбор был — ехать на юг, в степь или на север — в лес. Поскольку лес по-прежнему вызывает у меня некий трепет, несмотря на песок, корни и комаров, он победил. Но, обо всем по порядку. 

Ввязался тут снова в ленивое гавканье по поводу изыга раднова. В свете ЗНО по укрлит.
Вот не могут мозгофимозные совочки оторваться от Толстого с Пушкиным. Больше никого не знают, и Достоевского только по фамилии, а туда же.
Не нравятся им Рыльские с Гончарами и Волами, которые хиба ревуть. Раздражают бурули и накрыження.

Лес едва начал просыпаться после совсем недавнего снегопада. И это пробуждение стало стремительным. Все произошло одновременно: пробилась первая трава, в рост пошли почки, моментально почернев, сошел лед, вернулись из своих дальних краев краснокнижные редкие птицы, которых вдруг оказалось очень много при отсутствии менее ценных собратьев.

железнодорожный мост

После ужасов этой весны, я с нетерпением ждал хоть какого-то солнца, чтобы наконец-то выехать на твердый асфальт и дать движение застоявшейся крови.
Результат получился не совсем таким, как я ожидал, но неожиданно подарил мне несколько настроенческих фотографий.