
Как-то не смогла пройти мимо меня осенняя депрессия. Нестойкая погода, ранняя темнота за окном, много работы, которая заканчивается глубокой ночью и смысла которой трудно увидеть.

Как-то не смогла пройти мимо меня осенняя депрессия. Нестойкая погода, ранняя темнота за окном, много работы, которая заканчивается глубокой ночью и смысла которой трудно увидеть.

Сегодня какой-то страный и печальный сон приснился мне из моей прошлой жизни. Но подумалось мне о другом. Вот в Средней Азии, где эта прошлая жизнь протекала, ни одно название улицы, площади, города не обходилось без российских символов и каких-то людей, безмерно далеких от обычных дехкан. А если и встречались узбекские имена и названия, то только строго людей, обласканных совковым режимом.
Так делалась пропаганда. Скажешь десять раз в день «Улица Навои», и крутится в голове у тебя этот Навои. Я даже прочитал его прекрасную поэму (правда, в русском переводе).
Вот так за четыре дня я лишился двух в принципе близких мне людей. Сначала Андрей Кузьменко в среду (по крайней мере я узнал в среду). Диагноз, как у многих в Запорожье. Эх, сколько мы с Андрюхой переговорили под коньяк всякой ерунды, а надо было бы о главном, хотя, что такое главное? Возможно, коньяк его в конечном итоге и погубил.
Сегодня зашел в Ощадбанк заплатить за всякие услуги. Оплатил, и, выходя, намеревался выбросить оставшиеся бумажки.…
Вчера Наталья Могилевская попала в серьезную автомобильную аварию. Мне удалось попасть на место происшествия примерно…
Черт, правильно говорил профессор Преображенскай про нечитание газет по утрам. И я как-то подпрягся по…